all_decoded (all_decoded) wrote,
all_decoded
all_decoded

Categories:

Антон Семенович Аралица, капитан I ранга в оставке, югославский партизан

Недавно запостил заметку про Анте (Антона Семеновича) Аралицу, югославского партизана. Но вот Антону Семеновичу заметка эта не понравилась. Поэтому я ее удаляю. Взамен он принес собственноручно написанную статью, которую я и предлагаю Вашему вниманию под катом и сопровождаю несколькими фотками:



В 1918 году на руинах Австро-Венгрии, как отражение желания южных славян жить в одном государстве, было образовано Королевство сербов, хорватов и словенцев. Королем нового государства стал Петар I Карагеоргиевич, правивший страной до 1921 года.
В новом государстве сербы играли главенствующую роль - суд, силовые структуры и другие государственные органы были в их руках. Это стало почвой для возникновения недовольства и национализма среди других народов Королевства. В мае 1928 года сербский националист – радикал Пуниша Рачич застрелил в Скупштине (парламенте) двух хорватских депутатов, и смертельно ранил видного хорватского политика, председателя хорватской крестьянской партии Степана Радича, умершего через 3 месяца от ран. Убийство Радича еще больше обострило накопившиеся проблемы.
В январе 1929 года король Александр I (годы правления: 1921-1934), ввел жестокую военную диктатуру. В октябре 1929 года Королевство СХС было переименовано в Королевство Югославия. В 1934 году в Марселе, Александр I вместе с министром иностранных дел Франции Барту был убит хорватскими и македонскими националистами
Хорватские националисты - усташи тесно сотрудничали с итальянскими фашистами, которые через них желали ослабить Югославию, претендуя на ее побережье, считая Италию наследником Венецианских владений. Венеция правила этими провинциями более четырехсот лет. В 30-е годы в Италии были созданы военные лагеря для обучения усташей военному делу.
Югославия, окруженная недружелюбными государствами, раздираемая внутренними социальными, национальными, политическими и религиозными противоречиями в апреле 1941г., после нападения на нее Германии и Италии, рухнула, как карточный домик. Тогда же немцы отдали власть в Хорватии усташам во главе с их вождем Анте Певеличем и создали марионеточное государство – Независимое Государство Хорватия – НДХ.
За это Певелич отказался в пользу Италии от лучшей части Хорватии - ее приморской области.
Что касается довоенной сербской политики сербизации Югославии, она меня потом коснулась в том плане, что я научился читать и писать на кириллице. Это мне очень помогло в дальнейшем, при моем изучении русского языка.

Я родился в1925 году в селе Сукошан, расположенном в восьми километрах от итальянского города Задар. Помню время военной диктатуры. Мне было 4 года, когда, во время действия комендантского часа, мы с родителями со страхом перебегали из нашего дома в дом дяди и обратно, находящихся всего в 50-ти метрах один от другого. Боялись, что жандармы начнут стрелять из-за нарушения нами комендантского часа.
В Сукошане я закончил 4 класса начальной школы и поступил в первый класс гимназии в городе Шибеник. Там я жил в семье дедушки и бабушки, так как в ближайшем к нам городе Задар не было возможности учиться из-за его принадлежности Италии.
Город Задар (итальянское название Зара) принадлежал Италии с 1918 года до сентября 1943 года. Поскольку, город со всех сторон был окружен югославской территорией, он был тесно экономически с нею связан. Из Югославии Задар снабжался сельхоз продуктами, а для жителей близлежащих населенных пунктов он был единственным местом для реализации своего товара. Так, например, женщины Сукошана ежедневно носили на головах в Задар до 20-ти литров молока, теряя на дорогу туда и обратно около четырех часов.
Население Задра состояло, в большинстве своем, из итальянизированных хорватов. Этнические итальянцы были, в основном чиновниками. В городе на 15 тысяч жителей приходилось 15 тысяч итальянских военнослужащих. Задар был торговым городом, индустрии почти не было – имелась сигаретная фабрика и ликерный завод. При Муссолини Задар имел статус «порто-франко» - зоны, свободной от уплаты таможенных налогов. В городе все было примерно в 10 раз дешевле, чем в Италии и Югославии. Дешевизна и вся обстановка способствовали процветанию контрабанды, в особенности кофе и сигарет. Югославские контрабандисты вывозили их в огромных количествах, несмотря на усиленный контроль со стороны югославской финансовой полиции. Мне тоже приходилось покупать в Задре по несколько килограмм кофе в качестве подарка моим родственникам в Шибенике. Ходил я за этой покупкой в свои летние каникулы на байдарке. Мне тогда было 14-15 лет. Задар в те годы помнится мне маленьким, уютным, чистым городом, благоухающим ароматами кофе и сладостей. Милитаризация города особенно не ощущалась, солдаты ждали своего часа, который наступил 6 апреля 1941 года.
В Шибенике в довоенные годы различные партии боролись за влияние на 14-15- летних подростков. Меня также пытались привлечь на свою сторону различные политические силы – хорватские и сербские националисты, коммунисты и другие. Напрмер, как то мне дали листовку со статьей вождя усташей Анте Павелича, в которой, между остальным было написано: «Нож, револьвер, граната, адская машина – это наши идолы, это колокола, которые возвестят создание Независимой Хорватской Державы. Когда прольется кровь – будет ее до колен, кровь врагов будет течь ручьями и реками, а гранаты будут сеять их кости, как ветер плевелы». Прочитав это, мой дядя, студент-юрист, спросил меня, - могу ли я, как христианин принять это, я, конечно, ответил что нет. Позже, я сблизился с группой сверстников из моей гимназии, сестрой одного из моих новых друзей была студентка – коммунистка. Она и обратила наше внимание на новые для нас всех коммунистические идеи. Из нас она организовала комсомольскую группу.
В 1941 году, после оккупации итальянцами Шибеника, местными антифашистами стали проводится акции против оккупантов. Так, летом 1941 года был убит один из агентов итальянской полиции. В ответ на это итальянцы расстреляли 6 человек, между которыми оказался и мой друг из нашей группы. Брата этой молодой коммунистки осудили на 10 лет, а ее направили в концентрационный лагерь в Италию.
В день начала войны, 6 апреля 1941 года, я под бомбардировкой, на крыше автобуса уехал из Шибеника в Сукошан. Мой отец перед началом войны был мобилизован – ему выдали винтовку без ремня и без пуль и никакого обмундирования. Это был результат работы пятой колонны в югославской армии. Так было почти со всеми мобилизованными. В таком состоянии они, конечно, не могли оказать какое-либо сопротивление итальянской армии. Итальянская пехота прогулкой прошла от Задра до Сукошана. Югославские солдаты бросали оружие и разбегались.
Политические настроения населения в моем крае были ниже всякой критики. В то время как в таких рабочих городах как Шибеник, Сплит, Риека население было настроено антифашистки, и готово было, при соответствующей организации, воевать с оккупантами, население моего края находилось или под влиянием националистов или было просто аполитичным.
Нас, комсомольцев, было мало. В нашей местности было два комсомольца и один член партии. И вот нашей тройке была поставлена задача: готовить край к предстоящему сопротивлению оккупантам. Особенно остро эта задача встала, когда секретарь коммунистической партии Югославии Тито - будущий организатор югославского сопротивления, призвал народ к восстанию. Это было вскоре после нападения фашистской Германии на СССР.
Уже с первого дня войны, т.е. с 6 апреля 1941 года мы начали организовывать сбор оружия, брошенного югославскими солдатами. Мы отыскивали его и прятали в тайниках. Начали создаваться первые партизанские отряды. Нашей задачей было организовать для них сбор оружия, продовольствия, одежды. Для успеха этой работы была нужна соответствующая организация. В селах, городах и других населенных пунктах создавались антифашистские комитеты молодежи, народно-освободительные комитеты (подпольная народная власть), антифашистские комитеты женщин. В Сукошане, при моем содействии, был создан народно-освободительный комитет, который включал в себя авторитетных 30-40 летних людей. Они восприняли меня более чем серьезно, несмотря на мой молодой возраст. С моих сегодняшних позиций, я не понимаю, как эти взрослые, зрелые люди могли иметь дело со мной, мальчишкой. Глядя на сегодняшних 16-летних парней, кажется, что это невозможно. Вероятно, тут война делает свое дело. Люди раньше взрослеют.
Мы успешно работали. Сбор продуктов питания, оружия и одежды и доставка их партизанским отрядам была нелегкой задачей в условиях нахождения рядом с нами гарнизона итальянских карабинеров, которые все контролировали. Опасной и трудной задачей для меня было, в условиях, когда хорватские и сербские националисты убивают друг друга, встречаться с сербами и хорватами, мирить их и направлять на общую борьбу против оккупантов.
В феврале 1943 года я и еще один подпольщик были арестованы – карабинеры окружили дом, в котором я находился, надели наручники и доставили нас в тюрьму в город Биоград в 15 км. от Сукошана, а оттуда на пароходе в концлагерь на адриатический остров Молат. Это был лагерь для заложников – из него вывозили заключенных на расстрел. Количество расстреливаемых зависело от того, где, когда и сколько итальянцев убили партизаны. В лагере я включился в работу созданной там антифашистской организации. Главной ее целью было оказание помощи нуждающимся заключенным. В лагере царил голод и наиболее физически слабые умирали от голода. Спасало то, что управление лагеря разрешало получать посылки с продуктами питания. Но такую возможность имели только заключенные из близлежащих населенных пунктов и если родственники имели возможность что-то послать. Это были нехитрые посылки, но из них мы выкраивали что-то для помощи больным, слабым и умирающим. Всем нуждающимся было помочь невозможно. Серьезной проблемой была питьевая вода – давали по пол-литра воды в сутки для всех нужд. При этом, в условиях голода, давали селедку и голодающие ее съедали. Это только усиливало жажду.
В лагере я заболел – температура, желудочное расстройство длились с мая 1943 года до освобождения в сентябре 1943 года, то есть до капитуляции Италии. Не дожидаясь дня капитуляции, мы разоружили уже растерянную военную охрану и ликвидировали лагерь.
До капитуляции Италии на ближайших островах действовал островной партизанский отряд. Вскоре после капитуляции Италии в городах на побережье на замену итальянских пришли немецкие части. А в населенные пункты вне городов – хорватские усташи.
Островной отряд был переброшен с островов на материк. Одна из его рот была размещена в Сукошане, который еще не был никем занят. Я стал бойцом этой роты. Усташи, да и немцы, не имели столько сил, чтобы содержать свои гарнизоны в каждом населенном пункте. Самый близкий усташский гарнизон был в городке Земуник, в девяти километрах, а немецкий в Задре, в восьми километрах от Сукошана. Наша рота устраивала засады и препятствия на пути движения немцев и усташей. В дальнейшем отряд был переброшен обратно на острова и вошел в состав Третьего морского сектора партизанского флота. После он стал морской пехотой этого сектора.
Меня, помня мою активность до ареста, 10 октября 1943 года включили в члены подпольного районного комитета союза коммунистической молодежи Югославии, который входил в состав спец.группы, состоявший из руководящих органов района. Здесь был и районный освободительный комитет, который выполнял функции народной власти на оккупированной территории. Это, по существу, была вооруженная партизанская группа, которая была также организатором и руководителем сопротивления в оккупированном фашистами районе. На ней замыкался Задарский партизанский отряд. Я продолжал, по существу, ту же работу, которую проводил до ареста, только уже как вооруженный партизан на гораздо большей территории. Десятки раз исколесил все населенные пункты района, как в составе группы, так и в одиночку, пробиваясь между гарнизонами противника. Были ситуации, когда невероятная случайность помогала мне не попасть в руки врага. Приведу один эпизод о нашей группе. В марте 1944 года еще продолжалось крупное шестое наступление немцев на партизанские силы. Чтобы избежать окружения, группа была вынуждена переброситься из нашего района через морской канал в одно село у основания горного массива Велебит (длина его 150 км, высота 1800 м). Массив отделяет от моря узкая полоса шоссейной дороги. Как только расположились, началось внезапное совместное нападение на нас – хорватских усташей с одной стороны и сербских четников – с другой. Мы сопротивлялись, сколько могли, их силы значительно превосходили наши. Мы были вынуждены отступить в горы.
При всей своей ненависти друг к другу, четники и усташи всегда объединялись для совместной борьбы против партизан. Мы поднялись на высоту в 800 м. и несколько дней, по существу без еды, шли с целью спуститься опять к морю. Спустившись к морю, мы на большой весельной лодке перебрались на удаленный остров Вир. Здесь случилась неожиданная для нас удача – случайно мы нашли разыскиваемого итальянского военного преступника – бывшего командира карательного батальона чернорубашечников. В доме, в который мы зашли, он лежал со сломанной ногой. Он сломал ногу, убегая на телеге из Задра от бомбардировок. Мы его арестовали, в дальнейшем он был наказан по заслугам.
После этого мы перешли на партизанскую переправу, с которой планировали перебраться на свободный Дуги оток. Бушевал северный ветер, который запросто переворачивает корабли. Вдруг появилось парусное судно с немецким моряком. Из-за опаски потонуть от ветра судно прижималось к берегу. Своим огнем мы заставили его пришвартоваться к причалу и сдаться. Судно оказалось полно продуктов питания. Какая удача после нашей многодневной голодовки!
После улучшения погоды мы перебрались на Дуги Оток. Я был вынужден лечь в военный госпиталь на острове Вис, т.к. еще продолжалась моя температура, заработанная в конц. лагере, обострился ряд других заболеваний. На Вис я был переброшен на вооруженном корабле партизанского флота.

Несколько слов о партизанском флоте.
С начала сопротивления фашистским оккупантам, в 1941 году в Югославии партизанские группы и отряды создавались не только на материке, но и на островах. Для поддержания их связи с берегом и для перевозки необходимых грузов в оба направления потребовались морские перевозки. Для этой цели использовались, в первую очередь, рыбацкие суда и лодки, которые вооружались пулеметами и другим доступным оружием. Так, по существу, было заложено начало будущего партизанского флота. По мере увеличения количества кораблей и партизан-моряков, приобретения опыта ведения боевых действий на море в условиях оккупации, совершенствовалась и структура партизанского флота. После капитуляции Италии партизанский флот пополнился двенадцатью пароходами, двумястами моторными парусниками и пятьюдесятью парусными судами. В октябре 1943 года был основан штаб флота, на котором были замкнуты все существующие в то время морские партизанские силы. Штаб обосновался на острове Вис и приступил к работе по изменению и улучшению структуры флота. Побережье и прилежащие к нему острова были разделены на 6 приморско-береговых секторов.
Первый и шестой секторы из-за большого расстояния до острова Вис первоначально не могли функционировать. Остальные сектора до конца войны успешно выполняли свои задачи. На Висе с весны 1944 года находился и главный штаб народно-освободительной армии Югославии – так с осени 1943 года стали называться силы Югославского сопротивления, изменившиеся к тому времени качественно и количественно. Это была уже 300 - тысячная армия, хорошо вооруженная и обученная, с богатым боевым опытом.
Партизанский флот стал называться флотом народно-освободительной армии Югославии. Главными задачами флота были: 1) перевозки на материк и на острова партизанского пополнения; 2) перевозка раненых и больных партизан и бойцов народно-освободительной армии в военный госпиталь на острове Вис и обратно в свои части после выздоровления, а также перевозка беженцев с оккупированной территории на Вис;
3) действия кораблей на коммуникациях противника для захвата транспортных кораблей и их грузов; 4) отражение морской пехотой нападений противника на освобожденные острова; 5) устройство засад и нападение на гарнизоны противника на оккупированных островах; 6) проведение противоминных действий – разминирование мин на своих коммуникациях и постановка мин на коммуникациях противника; 7) перевозка грузов с партизанской базы в городе Бари на Вис – оружия, продуктов питания и других средств тылового обеспечения.
На завершающем этапе войны, с осени 1944 года до весны 1945 года флот обеспечивал высадку десантов на оккупированные острова. Подступы ко многим из них были заминированы. За их взятие и освобождение велись кровавые бои. Высадку мелких десантов корабли морских секторов и их морская пехота осуществляли самостоятельно. Для иллюстрации сказанного можно привести некоторые цифры и данные известного югославского партизана и публициста Владимира Дедиера, который в течение всей войны находился при главном штабе, при Тито, и фиксировал все важные военные события. Он пишет: «В ноябре 1943г. кораблями партизанского флота перевезено с суши на острова 5 тысяч партизан и 6 тысяч беженцев. Всего флот перевез более 33 тысяч беженцев – женщин, детей, стариков. В марте 1944 года партизанский флот имел 17 больших вооруженных кораблей, 75 патрульных катеров, 2799 морских партизан. Только с 15 октября 1943 года по 10 января 1944 года нашими кораблями перевезено на Вис 4824 тонн груза, в т.ч. 2103 тонны продуктов питания, 1231 тонна оружия и боеприпасов, 261 тонна одежды и обуви».
В мае 1944 года командир третьего морского сектора, штаб которого находился на острове Дуги Оток, планировал перевести с должности начальника разведки штаба на должность командира корабля бывшего моряка Королевского флота. В таких кадрах флот очень нуждался. А на должность начальника разведки нужно было назначить нового человека. К этому времени я уже оправился после болезни, и руководство области решило, что на эту должность, несмотря на 19-летний возраст, подхожу я. Я имел среднее образование – четыре класса начальной школы и шесть классов гимназии, отлично знал район, который находился в зоне ответственности сектора, имел связи во всех населенных пунктах, владел неплохо итальянским языком, немного немецким – то, что было нужно для разведчика. Это устраивало командира сектора и он меня взял в свой штаб. Когда я разобрался в делах, освоился с работой (это была, как бы, стажировка) в августе 1944 года стал начальником разведки сектора. Прежний начальник был переведен на свой корабль. Так до конца войны начались будни партизанского флотского разведчика, я добывал данные необходимые для действия нашего сектора.
В мае 1945 года я был переведен в Штаб флота в отдел разведки. Тогда уже Штаб передислоцировался с Виса в город Сплит. В начале 1946 года я был переведен в отдел кадров флота на должность начальника группы подготовки кадров, которую еще нужно было создать. Здесь мне попали в руки три списка кандидатов для отправки на учебу в морские учебные заведения СССР. Списки поступили из главного штаба югославской армии в Белграде. По моей просьбе мне разрешили записать себя в любой из этих списков. Ничего не зная об этих учебных заведениях я наугад внес себя в список Высшего военно-морского училища им. Фрунзе в Ленинграде. 18 января 1947 года наши группы приехали в Ленинград. Началась моя учеба, служба и жизнь в СССР. После окончания училища я служил на Краснознаменной Каспийской флотилии в г. Баку. В запас ушел в 1970 году с должности начальника химической службы флотилии.
Последующие 18 лет преподавал на кафедре ГО Азербайджанского государственного университета. Осенью 1997 года переехал на жительство в г. Брянск.



Антон Семенович Аралица. 2011 год.



Анте Аралица. 1944 год.



Декабрь, 1942 года. Съезд антифашистской молодежи в городе Бихач.

Tags: Партизаны
Subscribe

  • О гражданской свободе

    Эти два режима все время играли в догонялки. То один ускорится, то второй догонит и вперед забежит. Но вот в 2021 году они синхронизировались. Унылый…

  • Озверин-V

    Не для ЖЖ пост, но Твиттера у меня нет... Никто не в курсе - этому антропоморфному существу по кличке "жириновский" может по ошибке не ту вакцину…

  • 1993 - родовая травма

    По Тэгу "1993" у меня пара постов всего, но они любопытные, в том числе из-за камментов. В целом, несмотря, на давность поста (2016 год) я остаюсь на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

  • О гражданской свободе

    Эти два режима все время играли в догонялки. То один ускорится, то второй догонит и вперед забежит. Но вот в 2021 году они синхронизировались. Унылый…

  • Озверин-V

    Не для ЖЖ пост, но Твиттера у меня нет... Никто не в курсе - этому антропоморфному существу по кличке "жириновский" может по ошибке не ту вакцину…

  • 1993 - родовая травма

    По Тэгу "1993" у меня пара постов всего, но они любопытные, в том числе из-за камментов. В целом, несмотря, на давность поста (2016 год) я остаюсь на…