April 21st, 2014

Мессианская самогонка

Общаясь в последнее время со многими россиянами, одурманенными пропагандой, вспомнил Бунина.
Его "Инонию и Китеж", посвященную нашему великому земляку Алексею Константиновичу Толстому.
У нас тут многие, в том числе и "губернатор" горят идеей достойно отметить "юбилей" "нашего" Толстого.
Но очень надеюсь, что юбилей этот станет поводом для многих Толстого прочесть...
Например, "Змея Тугарина":

"И вот, наглотавшись татарщины всласть,
Вы Русью ее назовете!
И с честной поссоритесь вы стариной,
И, предкам великим на сором,
Не слушая голоса крови родной,
Вы скажете: «Станем к варягам спиной,
Лицом повернемся к обдорам!"

Толстой ведь, конечно, был западником до мозга костей и о нем справедливо писали, что «Змей Тугарин» был началом целой серии баллад, в которых Толстой яростно отстаивал мысль о том, что Русь только тогда и была Русью, когда она и Европа были неотделимы. «Песня о Гаральде и Ярославне», «Три побоища», «Песня о походе Владимира на Корсунь», «Гакон Слепой» - все они порождены тесным знакомством Толстого с Московской Русью, неприятием ее и поисками светлого, подлинно русского начала в домонгольском периоде, когда, по его представлениям, честь, достоинство человека и свобода ценились превыше всего".

И удивительно современны строчки Толстого, которые цитирует Бунин: "В 69 году Толстой записал о себе: «Я западник с головы до ног, и настоящий славизм западный, а не восточный». Это в его устах значило: Русь киевская, с Святогором, с Феодо­сией Печерским. «Собирание земли»,— писал он далее: — Собирать хорошо, но что собирать? Когда я вспоминаю о красоте нашего языка, когда я думаю о красоте нашей исто­рии до проклятых монголов, мне хочется броситься на землю и кататься от отчаяния!» — Что бы он сказал теперь?"

Конечно, логичным для Бунина видится противопоставление Толстого и Есенина. Мол, смотрите, что было и что стало. Какие титаны духа действовали раньше и какие паяцы пришли им на смену: "Теперь дело обстоит много, много хуже. Теперь в стихах пролетарских хвастунов даже заборы растут и за этими «забо­рами низкорослыми» молитвы совершаются на единственном языке, известном российским поэтам,— то есть на матерном («Богу молюсь матерщиною»). Теперь революция в поэзии выродилась, как в жизни, в большевизм и, достигая своего апогея, притязает, как и большевизм, на монопольный руссизм и даже на миссианство. «Я обещаю вам Инонию!» — Но ничего ты, братец, обе­щать не можешь, ибо у тебя за душой гроша ломаного нет, и поди-ка ты лучше проспись и не дыши на меня своей миссианской самогонкой! А главное, все-то ты врешь, холоп, в угоду своему новому барину!"

Боже ж ты мой! Это Бунин про Есенина написал! А какие бы слова ему пришлось искать, если бы он прочел сочинения Проханова, Кургиняна и - не к ночи будет сказано - Шевченко с Леонтьевым?
Самогонка-то забористая оказалась! Целый народ отуманила и одурманила.((