all_decoded (all_decoded) wrote,
all_decoded
all_decoded

Category:

23 февраля 1918 года. Район Нарвы

Что нового можно написать о том 23-ем февраля?
А вот можно!
Именно тогда пересеклась судьба двух людей, связанных с брянским краем.
Первый из них известен всем - это Павел Ефимович Дыбенко, читайте по ссылке пост аж 2009 года. Удивительное время. Судя по камментам, тогда и stoleshnikov еще адекватным был.))
А вот второй наш герой известен очень немногим: генерал-майор императорской армии Петр Михайлович Конопчанский. Вот как бывший генерал-майор царской армии вспоминал февральские дни 1918 года в своих показаниях, данных в брянском Горотделе НКВД в декабре 1937 года:

«В феврале 1918 г. под давлением немецких войск части 13 корпуса отступили без боя, причем штаб 13 корпуса оказался впереди частей и лесами едва выбрался к Нарве, где находился отряд товарища Дыбенко в распоряжение которого мы и поступили. Задержать немцев за отсутствием у нас сил не удалось и мы отступили в Гатчину, а затем в Тверь, где штаб был расформирован, а я вернулся в Брянск, где поступил на учет воинского управления».

Таким образом, можно сказать, что генерал-майор Конопчанский участвовал в самых первых боях в составе отряда от которого вела родословную Красная Армия и отголоском тех самых событий до сих пор является день 23 февраля. ))

И вот 20 лет спустя...

В декабре 1937 года 70-летний пенсионер Конопчанский арестовывается и после недолгого следствия обвиняется в создании «контрреволюционной фашистской организации бывших офицеров». Утверждалось, что участники организации «через устраиваемые сборы под видом игры в преферанс осуществляли агитацию, вербовку и сбор сведений. Также осуществляли связь с заграницей через родственников». Конкретно о Конопчанском говорилось, что он «встречает бывших солдат – подчиненных и агитирует их». Петр Михайлович же отвечал на это на допросе, что «встречает своих бывших солдат но только раскланивается с ними». Тем не менее, 29 декабря 1937 года П.М.Конопчанский тройкой НКВД по Орловской области был приговорен к расстрелу с конфискацией имущества.

А что же Дыбенко? Как известно, пережил он своего невольного военного попутчика Конопчанского ненадолго и был расстрелян за участие в "военно-фашистском заговоре" в июле 1938 года.

В книге "Орловский военный округ", Брянск, 2019, впервые приводится полная версия знаменитого оправдательного письма Дыбенко-Сталину. Публикую его под катом:



Письмо П.Е. Дыбенко Сталину от 30.01.1938 г.
Внизу штамп Вх.№1154 19.3.1938
Секретариат Наркома обороны СССР
тт. Молотову, Ворошилову, Жданову

Рукописная пометка «И. Сталин»

Дорогой тов. Сталин!

Решением Политбюро и правительства от 25 января с.г. по прямому пониманию предъявленных мне обвинений – я как бы являюсь врагом народа нашей родины и партии. Я живой, изолированный в политическом отношении труп. Но почему, за что?

Я никогда не был и не буду врагом Ленинско-Сталинской партии и нашей родины. Я всегда был, есть и буду преданнейшим солдатом нашей партии и родины. Я лишен возможности обжаловать данное решение куда бы то ни было: мой единственный путь обратиться только к Вам, к Вам вождю народов, к Вам от кого никогда и ни один человек не уходил не получив справедливый ответ и решение, как величайшего гения данной исторической эпохи.

Повторяю, я неповинен в том, в чем я обвинен.

По первому пункту– подозрительные связи с некоторыми американцами, которые оказались разведчиками, и недопустимо для честного советского гражданина использовал эти связи для получения пособия живущей в Америке своей сестре.

Я категорически отрицаю эту связь и тем более для получения пособия для своей сестры.

Разве я знал, что эти американцы (может быть это до некоторой степени наивно), прибывшие в Среднюю Азию с официальным правительственным заданием, c официальными представителями НКИД и ОГПУ являются специальными разведчиками. Я только со своей стороны выполнил служебный долг -предоставив вагон представителям НКИД и ОГПУ, которые сопровождали американцев. Вагон был предоставлен на основании документальных требований по линии НКИД. В пути до Самарканда я не был ни одной секунды наедине с американцами. Ведь я американским языком не владею и непосредственно один на один с ними разговаривать не мог, а лишь через официального переводчика, официального представителя НКИД. Во время вечернего чая в салоне вагона американец Девис приводил сравнение экономического положения в Америке и в Средней Азии, говоря, что американские законы одинаково защищают и интересы рабочих. Я на это ответил: интересы и права рабочих могут защищать только советские законы и как конкретный пример привел случай с моей сестрой, живущей в Америке с 1910 года и имеющей двое детей, родившихся в Америке.

Привожу более или менее дословно мой разговор: «Вы говорите об американских законах, а вот моя сестра с 1910 г. живет в Америке, имеет двух несовершеннолетних детей. В 1927 году на заводе во время работы убит ее муж и она в течение двух лет по суду не может получить от завода пособия для детей. В советской стране этого бы не случилось». Американец Девис вспыхнув заявил: «Это не может быть». Я ответил – может или не может быть, но это факт. Тогда он спросил – могу ли я сообщить ему точный адрес сестры, я ответил – точного адреса сестры я не знаю, но как будто бы она живет в г.Дедройт, а муж работал на одном из заводов Форда. Вот вся эта подозрительная связь.

Я действительно точного адреса сестры не знал, так как с ней переписки не имел, за исключением одного письма, полученного мною в 1918 году будучи матросом. О ее исключительно
тяжелом материальном положении в Америке после гибели мужа я знал с полуграмотного письма моей матери. В 1930 году я получил письмо от матери, из которого можно было понять, что сестра, живущая в Америке, по суду получила какие-то деньги. Сколько и когда я не знал.
Вспоминая более детально письмо матери мне кажется, что сестра судилась не из-за пенсии и пособия с заводом, а о получении страховки за мужа. Повторяю, что я с сестрой переписки не имел, а с полуграмотного письма матери было трудно понять в чем дело. В 1934 году моя мать была у меня в Куйбышеве и показала мне письмо сестры из Америки, где та писала о своем безвыходном материальном положении в связи с безработицей. Это письмо сестры было мной передано в редакцию газеты ПРИВО «Красноармеец», где и было напечатано. Письмо это можно найти в редакции газеты. Тогда же я сестре написал письмо – обратиться в наше представительство в Америке о возможности получения визы на право въезда в СССР. В сентябре 1934 года я получил от нее письмо и это единственное, которое при сем прилагаю. Само содержание этого полуграмотного письма говорит за то, что из себя представляет моя сестра. Больше я с ней никакой переписки не имел. Но если бы сестра получила 40 т. американских долларов, как об этом кто-то показывает, разве она влачила бы там нищенское существование. Когда же Девис был назначен представителем Америки в СССР я как то в разговоре не помню точно с кем сказал, не тот ли это Девис, которого я видел в Средней Азии.

Где же здесь доказательства использования моих связей с американцами в целях получения пособия для сестры, живущей в Америке?

Я умоляю Вас разрешить мне через НКИД и НКВД за мой счет, я готов продать последние нитки, затребовать сестру из Америки в СССР, для того, чтобы установить истинную причину суда и его результаты. Одновременно я написал сестре, живущей в с. Людково Новозыбковского района, чтобы она выслала если сохранились письма из Америки, чтобы и по ним если представится возможность установить из-за каких денег она судилась, что она получила по суду.

Повторяю я никаких связей с американцами не имел, если не считать получасовую официальную встречу в присутствии представителей НКИД и ОГПУ и тем более эта встреча ни в какой степени не была использована для получения пособия сестрой.

Второй пункт -о провокаторском заявлении Керенского и помещенной в белогвардейской прессе заметки о том, что я якобы являюсь немецким агентом. Если это имело место с Шеболдаевым, то причем здесь я? Разве в руках тов.Ежова есть какие-либо доказательства? Их нет и никогда не будет. Ведь эта заметка была в июле месяце 1937 года, разве не было возможности перепроверить. Я категорически отметаю данное обвинение как явно белогвардейская провокаторская инсинуация. Разве не выгодно белогвардейцам использовать подобный провокаторский метод, чтобы опорачивать преданнейших бойцов нашей родины, тем более, что Керенский – это можно подтвердить историческими документами, считал меня, и я таковым был, его заклятым врагом. Так неужели теперь через 20 лет моей честной и преданной родине и партии работы белогвардеец Керенский своим провокаторством мог отомстить мне. Это же ведь просто чудовищно.

Две записки, имеющиеся у тов. Ежова, написанные служащими гостиницы Националь содержат известную долю правды, которая заключается в том, что я иногда, когда приходили знакомые ко мне в гостиницу, позволял вместе с ними выпить. Но никаких пьянок не было. Все, кто у меня бывал, все они в Москве и можно их допросить.

Заявление Чернобыльской столь же правдоподобно, как и сообщение тов.Тимошенко
о моей пьянке 21 января с.г. в гостинице в номере Куйбышева, что было проверено тов.
Молотовым и оказалось непревзойденной провокацией. Для чего нужна была эта провокация – чтобы показать до какой степени дошло падение Дыбенко, что вместо того, чтобы
пойти на траурное заседание он отправился пьянствовать. А ведь я был на траурном заседании и вернувшись в номер никуда не выходил и в тот день кроме стакана чая и стакана боржому ничего не пил.

В другом заявлении указано, что после ужина у Егорова, вернувшись в гостинницу, а это
было в 1936 г. мы вчетвером выпили 80 бутылок вина. Это же бред сумасшедшего провокатора. Нас было четверо. В номере мы были только один час. Действительно выпили три бутылки вина и две бутылки шампанского. Это же самая неприкрытая ложь.

Второе – якобы у меня пропало 4 тыс. рублей. У меня никогда в гостиннице не пропадало даже 4 рублей. Если бы пропало 4 тыс. руб, то у дирекции гостинницы имелось бы мое заявление. Иначе быть не может. Пропало не 4 тыс. руб., а 6 тыс. руб. у моего порученца, и не в гостиннице, а при проезде в метро. После пропажи денег порученец Гурьев ночью прибежал в гостинницу и буквально ревел. Я встретил его в корридоре сказал, чтобы он немедленно заявил в уголовный розыск, а там раз беремся. Ведь есть же живой человек – можно же его, тов. Сталин, допросить, а не принимать на веру провокацию буквально подлой шантажистки.

Пропажа документов (характеристика на Кутякова, выписка на папиросной бумаге из
правительственного постановления и карта с нанесением обстановки исходного положения
для военной игры в ПРИВО, а не в генеральном штабе, и тем более не дислокация войск) были выкрадены, а не забыты мною. В день отъезда из Москвы, ко мне явился в номер гостинницы для поручений тов. Гурьев. Я в это время уходил в генштаб. Ему я приказал забрать все документы, мои вещи и свезти все в вагон. Рассчитаться с гостинницей. Сам в гостинницу больше не возвращался. Как впоследствии мне доложил Гурьев он собрал все документы, мои вещи и отвез в вагон. Но будучи в гостиннице он выходил на полчаса оставив портфель. В это время он и предполагает, что документы были выкрадены. Да, я отвечаю, что хранил секретные, но не совершенно секретные документы в номере. Но все это преподнесено прямо таки в художественном стиле.

Я якобы выбирал номера рядом с представителями посольства. Это одна и та же плеяда чудовищных провокаций. Номера заказывает как правило хозяйственная часть Управделами НКО. Какой номер оставят такой и занимаешь.

Якобы я высказывал пораженческие мысли в отношении РККА. Это буквально чудовищная ложь. Можно опросить любого командира САВО, ПРИВО и ВВО, где я проводил военные игры, полевые поездки и доклады, вы не найдете ни одного командира, чтобы эту провокацию подтвердил.

Можно же проверить стенограммы моих докладов, задания и ход проведения военных игр и полевых поездок и мои выводы. Лучше всех знает мои взгляды в этом отношении комвойсками Забайкальского военного округа т. Ефремов. Можно же допросить его.

У меня были кулацкие настроения в отношении колхозного строительства. Эту чушь могут разсеять тт. Горкин, Юсупов и Евдокимов, с которыми я работал на протяжении последних 9 лет.

Было ли у меня систематическое пьянство во время моего командования ЛВО. Категорически отрицаю. Да, я пил иногда бокал вина перед обедом и только. Ведь можно же допросить о моем поведении и моей работе члена военного совета ЛВО т. Магер и любого командира из ЛВО – кто из них видел, чтобы я когда либо был выпивши или чтобы был случай неявки на работу. Я всегда приходил раньше всех и уходил, как правило, позже всех. Командуя округом на протяжении 8 месяцев в Ленинграде я был два раза на квартире у Заковского. Больше нигде я не бывал и никто не бывал у меня.

Я прекрасно понимаю свою вину, это группировка, которая начала свою борьбу с группой предателей Тухачевского-Левичева, но которая в своей борьбе с ними, постолько посколько была группировка, видимо скатилась на антипартийные позиции. Но никогда и нигде я против Климента Ефремовича что либо предосудительное не высказывал. Но это не избавляло меня от грубейших ошибок. В этом я признался честно и до конца, за это меня и нужно было наказывать. Но я не повинен в том, что приклеивает мне марку врага народа.

Тов. Сталин, я умоляю Вас дорасследовать целый ряд фактов дополнительно и снять с
меня позорное пятно, которого я не заслуживаю.

Я понимаю, что я не буду возвращен в армию, но я прошу и я на это имею право, дать мне возможность остаток моей жизни отдать целиком и полностью делу строительства социализма в нашей стране, быть до конца преданным солдатом Ленинско-Сталинской партии и нашей родины.

П. Дыбенко
Ленинград
30.1.38 г.
Верно: Мишустина
РГВА, Ф. 33987, Оп. 3, Д. 1075, Л.19-26


Tags: Большой террор, Брянский край, Вторая мировая война, ОрВО, Первая мировая война, Сталин
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Материалы к единому учебнику по истории

    Много всяких "проектов" реализуется к 9 мая в современной России. Для истеблишмента "знать историю" и "не дать переписать историю" - святые мантры.…

  • Самолеты и бобры

    У О'Генри были "Короли и капуста". А у меня будут "Самолеты и бобры". У О"Генри они были потому, что только про них не было написано. А у меня они…

  • "Записки партизана"

    Почти 10 лет назад - ужас! - я публиковал фрагмент мемуаров Константина Тихоненкова, комиссара Брянского районного партизанского отряда имени Щорса…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments